Добро пожаловать в Фир Болг! Волшебный мир драконов, принцесс, рыцарей и магии открывает свои двери. Вас ждут коварство и интриги, кровавые сражения, черное колдовство и захватывающие приключения. Поспеши занять свое место в империи.
Вверх Вниз

Fire and Blood

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Fire and Blood » Настоящее » [01.03.3300] Отреченные


[01.03.3300] Отреченные

Сообщений 1 страница 9 из 9

1

Отреченные
Разлюбить можно всех мужчин на свете.
Кроме своих сыновей.

♦  ♦  ♦  ♦  ♦  ♦  ♦  ♦  ♦  ♦  ♦  ♦  ♦  ♦  ♦  ♦  ♦  ♦  ♦  ♦  ♦  ♦

1 марта 3300 года ❖ Аргайл, графство Блэксендшир, церковь ❖ Мэрэдит Джесси, Артур Джесси, Альберт Джесси
http://s9.uploads.ru/JYWEg.gifhttp://s7.uploads.ru/pIbgW.gifhttp://s8.uploads.ru/1kbxq.gif

Они ходили мимо, но не могли встретится. Пока однажды судьба не свела их вместе. Но так ли нужна была эта встреча? Мать и её давно утерянные сыновья.

+3

2

Морская прогулка в этот раз для Альберта прошла гораздо лучше, чем прежде. Скорей всего случилось это по той простой причине, что младший Джесси находился под впечатлением от посещения Авалона. Всю дорогу до гавани волшебного острова Альберт пребывал в задумчивости. Многие бы сказали, что лучник чем-то озабочен и лучник не спешил в этом разубеждать окружающих. Единственный, кому нужно было знать, что творится в голове Тени, был его брат. Но Артур и так знал, без слов. По волшебному огоньку на дне глаз близнеца - отражение тех чудес и таинств, что открылись Берти в рощах; по еле заметному изгибу улыбки на губах и теплых пальцах на своей руке. Альберт, кажется, оставил частичку себя там, среди дубов и вереска. Но и с собой забрал частичку той силы, что таили в себе их боги. Как и сам Артур?
Но, если начало путешествия по морской глади и прошло незамеченным, то за пару часов до прибытия в порт Аргайла Берти снова стало не хорошо и остаток пути он провел в каюте. Там то и было решено не сразу ехать в столицу. Конечно, было все ещё тревожно за Бьорна, но старшему Джесси зазотелось посетить храм единого бога. Зачем? Альберт не спрашивал. Он принимал слова брата на веру всегда и сегодня - не стало исключением. И, конечно же, Альберт совсем забыл о том, что это место привлекало брата уже некоторое время.
Об информации про графа Джесси, что заведовал в этих местах, младший никогда не спрашивал. Не спрашивал откуда взялась информация, что по этому поводу думает близнец и как хочет ею распорядиться. Сам Альберт старался как можно меньше думать о своей у терянной семье. Они были в глазах лучника предателями. И от этого было только хуже. Альберт не был уверен, что на самом деле ненавидит мать и дядю. Но противоречия только сильнее заставляли желать выкинуть из головы все это, никогда не вспоминать, никогда не... жалеть, что появился на свет у той, кому было плевать. Берти было ради кого жить и это главное. Но иногда, в самые темные ночи, от тоски не спасал даже любимый брат.
Альберт ступил на твердую землю и улыбка расцвела на его губах.
- Боги, лучше бы уже драконы! - Довольно громко проговорил лучник.
На него покосилась несколько пар глаз и Джесси тут же вспомнил, что они в Аргайле. Лучник фыркнул и повернулся к брату.
- Ты ещё уверен, что хочешь посетить местного бога? - На всякий случай уточнил Берти.
Он не собирался отговаривать близнеца, просто хотел знать, что это никак не навредит старшему.

+2

3

Её теплый лоб медленно прикоснулся к ворсистому ковру. Мэрри почувствовала щекотку и по её телу пробежали мурашки. Вместо того, чтобы шептать молитву, она думала, сколько людей прикасались лбами к этому ковру и как они ничтожны в сравнении с ней. Её длинное лиловое платье красиво сползало вниз, рисуя незримый узор на дощатом полу церкви. Графиня пробыла в таком положении больше минуты, после чего подняла свой корпус и сомкнула руки на груди, смотря на потолок и стоя на коленях. Могла ли она представить себя в таком положении более двадцати лет назад, когда отец её обучал языческой религии? Мэрэдит блаженно улыбнулась. После сожжения своего отца на костре инквизиции она стала верной служительницей Вседержителя и каждый месяц навещает главную церковь графства, которую, как многие жители наслышаны, отреставрировали Вольф Джесси и его очаровательная жена. Мэрри на самом деле была очаровательной только лишь снаружи, а внутри роилось столько черных мыслей и поступков, что за всю жизнь она не смогла бы вымолить прощения у Бога. Но сегодня она должна быть праведницей, поэтому никаких прегрешений женщина выполнять не планировала, по крайней мере в ближайшее время.
В этот день на несколько часов для всех горожан церковь закрывается, чтобы графская семья могла спокойно и без шума «поговорить с Богом». Все члены от мала до велика должны были помолиться Богу, ибо такова традиция дома Джесси. Все должны знать, что они верно поддерживают официальную религию и делают щедрые пожертвования.
Мэрэдит всегда задерживалась после службы, поговорить с местным священником Джеймсом Келли. Для нее он играл роль шпиона, ведь к нему приходило множество людей, чтобы исповедоваться. Мужчина отбирал только ту информацию, которая может показаться графине интересной и нужной. Она в свою очередь помогала ему финансово содержать обитель Бога, а также его многодетную семью.
- Можете не ждать меня, милый. Я вернусь чуть позже обычного! – сказала Мэрэдит, взяв галантно поданную руку мужа и медленно поднимаясь на ноги, затем она ему шепнула что-то на ухо. По его выражению было трудно догадаться, что это было. Он молча собрал детей, которые постоянно оборачивались на мать, улыбающуюся им вслед, и вышел из здания. Как только её семья исчезла за деревянной массивной дверью, улыбка сошла с её лица.
К ней уже, ковыляя, подходил священник. Графиня осмотрела помещение, взглянув на новые витражи и хмыкнула:
- Деньги идут на благо Господа, как я вижу? – не дождавшись ответа, она продолжила, - Прошу прощения, мой дорогой, что пропустила мессу в прошлом месяце. Кажется, меня лихорадило.
- Я так и думал, ваше сиятельство, слухи о вашей болезни дошли до меня, поэтому я молился каждую ночь за вас до вашего благословенного выздоровления. – раболепно произнес он, кланяясь ей.
- Благодарю тебя, Джеймс, но оставим любезности.  Я думаю, что у тебя достаточно историй грешников, которых нужно будет наказать, не так ли? – она хищно оскалилась, наблюдая за боязливыми действиями священника.

+2

4

Когда Артур узнал, в какой именно порт прибудет корабль, он погрузился в крайнюю степень задумчивости. И даже не сразу смог сказать брату, в чем дело. Но потом и пары слов хватило, чтобы Берти все понял и потерял интерес к разговору. Артур его не винил, эта тема была очень сложной и тяжелой.
Графство Блэксендшир - их родное графство, где раньше семья их деда владела землей, подаренной тогдашним графом. Место, где они появились на свет. Воздух, который впервые глотнули их маленькие легкие. Да, они оба ничего не помнили об этом, и прожили на этой земле от силы несколько месяцев. Сам Артур вообще давным давно привык считать родиной западный Эргерунд, где они с братом и выросли. Но это не отменяло того, что сейчас они собираются ступить на землю, что подарила им жизнь. Где некогда жили их боги. Где под луной в полях и лесах танцуют духи, в которых они с братом верят.
А недавно до Артура дошли и другие слухи об этом месте. Слухи, что старый граф давно преставился, и его место вот уже какой год занимают бывшие бароны. Джесси.
Новость эта тогда Артура потрясла. Не тем, что его бывшие родные теперь обладают графским титулом, вовсе нет - ему не было до этого дела. Скорее тем, что их мать жива. И их дядя жив. Более того, они процветают. Артур подсознательно всегда предпочитал надеяться, что боги покарали их за содеянное... но как выяснилось, они даже не подумали этого сделать - что, естественно, еще больше ожесточало Артура по отношению к собственной вере.
И теперь они приплыли прямо сюда, где всем заправляли их родные мать и дядя.
Артур не знал, что думать. Его глодало болезненное любопытство... и злость. И он абсолютно не было способен справиться ни с тем, ни с другим. Так что, когда он узнал, что относительно недавно в городе была отреставрирована церковь Вседержителя, он просто загорелся желанием в нее зайти. Брату он сказал, что ему любопытно. Но помимо любопытства Артур хотел еще больше подзарядить ту холодную злость, что билась у него в висках при мысли о прошлом и настоящем, об их семье и выборе пути.
Так что на протяжении всего плавания Артур был молчаливее обычного, а к моменту прибытия в порт так и вовсе погрузился в мрачное непроницаемое молчание.
На берегу он с легкой улыбкой потрепал брата по плечу - Альберт как всегда с крайним неудовольствием отзывался о морских путешествиях.
-Бог меня не интересует, Берти, - постарался смягчить голос Артур, но в его тоне все равно смутно ощущалась та злость, что билась в груди вместе с сердцем, разносимая кровью по всему телу. - Я хочу посмотреть на дело рук... здешних зодчих, - Артур с трудом вывернул фразу, опасаясь сказать "нашей семьи". - Мы ненадолго, ладно? - на этот раз прозвучало по-настоящему мягко и слегка виновато. - Я понимаю, что тебя не радует это все...

До церкви они добрались довольно быстро - высокое здание впечатляло своей торжественностью и отделкой. Братья по желанию Артура сначала обошли здание вокруг, осматривая детали барельефов и других украшений, и лишь потом зашли внутрь.
Высокая дверь с тихим скрипом приоткрылась, впуская близнецов. Сначала Артур не обратил внимания на людей, стоявших у алтаря - его внимание было поглощено изумительной красотой помещения: как свет пробивается сквозь цветные витражи и блестит на позолоте, на гигантские фрески и иконы, смотрящие на посетителей со стен.
И лишь потом ему в глаза ударила яркая рыжина волос женщины, стоявшей недалеко от алтаря, и о чем-то разговаривающей, судя по одежде, со служителем этой церкви.

+3

5

Альберт не помнил лица своей матери. Как его не помнил и Артур. Но оба близнеца знали, как выглядит их мать. Так же, как они знали, как выглядит их родной дядя. В доме отца, даже после их поспешного отъезда их Аргайла, всё равно сохранились портреты тех, кого больше не было рядом. Мальчики знали, как выглядела их мать и сейчас, по прошествии стольких лет, оба лучника помнили шестнадцатилетнее лицо той, кто родила их на свет.
Альберт часто задумывался, а что будет, если однажды они с братом встретят мать или младшего брата отца? Ответа на этот вопрос, в прочем, никогда не находилось. Младший Джесси не представлял, что сделает или что скажет, если однажды повстречает на своем пути эту женщину. Да он, откровенно говоря, в последние годы старался и не думать. Знал, что брат наводит справки, пытается узнать что-то. Но сам Берти во все это не лез. Со смертью отца наступила пустота там, где должны были жить хоть какие-то чувства к своей семье. Альберт привык считать, что Артур - эта вся его семья, а ещё небольшая частичка - Бьорн. И больше ни для кого не было места. По крайней мере, пока Берти считал именно так.
Альберт всегда считал, что годы должны были не пощадить ни Мэрэдит, ни Вольфа. Что, даже если они всё ещё живы, то совершенно отличаются от тех портретов, что давным давно утеряны. Младшему близнецу казалось, что это будет, по крайней мере, справедливо. Ведь Судьба должна была хоть как-то наказать тех, кто предал свою семью, верно? Да только, на деле, оказалось совсем иначе. Судьба оказалась той ещё заразой.
Альберт рассматривал строение церкви без особого энтузиазма. Он, в отличии от брата, никогда не испытывал особенного трепета перед прекрасным, если это самое прекрасное было творением рук человека. Оценить мог, но без энтузиазма. Но желание брата всегда было законом. Так что, если Артуру хотелось посмотреть на всё это, то Альберт лишь молчал следовал за ним.
А затем они вошли в здание. Удивительно, но двух язычников не убило молнией на месте и Берти по этому поводу даже хмыкнул, усмехнувшись. А как же все те россказни, коими травили народ, что еретика поразит на месте кара единого бога? Нет, конкретно к этому богу у Джесси претензий не было. Они были к последователям этого бога.
Берти даже собирался уже было озвучить свои мысли брату, как заметил, что тот неотрывно смотрит на кого-то в глубине помещения.
Альберт так и не понял, что вообще произошло с ним. Может быть это было влияние места? А может его рассудок помутился. Но, не дожидаясь реакции от брата, не пытаясь остановить закипающую в крови злость, он повернулся и направился к двум людям, что стояли у алтаря.
- Мэрэдит Джесси? - Голос прокатился по храму, нарушая таинство этого места.
Женщина обернулась и Альберт чуть не сбился с шага. Время... пощадило ту, что предала их...

+2

6

Мэрэдит внимательно слушала священника, отмечая про себя, что новости и слухи, рассказываемые ими, достойны её ушей. Она была выше его как по званию, так и ростом. Заметно было, как он её боялся и весь дрожал, державшись на расстоянии от нее. Это не ускользнуло от внимательных глаз женщины, и на её хищном лице появлялась изредка ядовитая улыбка. Джеймсу Келли она представлялась змеёй, которая вот-вот готова обвить его и проглотить полностью. Ходили разные слухи, что эта женщина сделала с предыдущим священником, однако достоверно известно, что он исчез, и больше никто его не видел, а многие потом, в том числе и его жена, говорили, что им нет дела до того, куда он мог пропасть, потому что он был пьяницей, азартным игроком и нечестивцем. Но смущало одно – Джеймс знаком был с ним лично, и тот был настоящим праведником, однако не хотел сотрудничать с Джесси, и те его попросту убрали. Келли боялся той же участи, поэтому пришлось пойти по кривой дорожке и подчиниться пожирающей все на своем пути чете.
Неожиданно их наглым образом прервали. В церковь вошли два человека. Все местные знали, что им воспрещается входить в это время, значит, эти двое были не из Блэксенда. Она развернулась к двери, готовая как пантера растерзать чужаков, а затем и свою стражу, которая должна была никого не впускать. Но Мэрэдит увидела их лица и остановилась, тщательно рассматривая их. Женщина увидела в них частицу...себя. Близнецы ее нашли, но как? Совпадение это или ловушка? Джесси вернула взгляд на священника. Нет, он не мог, слишком простоват и честен. Значит, обычное совпадение. Мэрэдит не хотела верить в совпадения, в принципе не могла верить, однако другого предположения не было.
- Для вас ваше сиятельство, а не Мэрэдит, мои дети. Рада видеть вас в добром здравии. Вижу о вас позаботился ваш отец, раз вы дожили до этого дня. Чего вы хотите? Деньги, земли, титулы или недостающей все эти года материнской любви? Боюсь, все это я не могу вам дать не потому что я не могу, а потому что уже поздно.
Действительно, ни земель, ни титулов по закону они уже не могли получить, а что касается материнской любви, то тут у Мэрэдит сердце затрепетало. Они являются её плотью и кровью. В них отражается её сущность, но уже видно по ним, насколько они разные. Женщина всегда мечтала о встречи с ними. Браслет всегда говорил ей, когда они в опасности, и она переживала о них. Но видеть их сейчас – это совсем разное. Никто не может видеть её уязвимой, чувствительной, сентиментальной и такой глупой. Не здесь, не сейчас, никогда.
- С оружием сюда нельзя, молодые люди! – пролепетал священник, вмешиваясь в разговор родственников.
- Спасибо, священник Келли за вашу службу.– пропуская фразу Джеймса мимо ушей,она улыбнулась ему, что он вновь содрогнулся, а затем последовала к выходу. - А что касается вас, то чувствуйте себя как дома, потому что вы и есть дома. Надеюсь, Блэксендшир вам понравится, но не задерживайтесь слишком долго. Вам здесь не рады! – последнее она произнесла с большим напором, ставя тем самым точку в их диалоге.

+2

7

В голове Артура совершенно опустело, когда женщина обернулась на зов Альберта. Старший никак не мог осознать, что да... это именно она... женщина с портрета - повзрослевшая, более статная, еще более высокомерная... их мать. Родная. Предательница. Бросившая их ради - чего? Вот этой веры? Титула? Богатства? Власти?
В голове пульсировала пустота, в которую медленно выливалась злость, что непрестанно билась в его венах на протяжении последних суток. Выливалась, заполняя голову, не оставляя места другим эмоциями и связным мыслям.
Слова Мэрэдит набатом отзывались в черепной коробке, принося почти ощутимую боль. Гнев полотном накрыл глаза, полностью отключая разум, отключая малейшую возможность поговорить - относительно мирно и спокойно. Виден был лишь один путь - высказать все. Все, что копилось в душе на протяжении двух десятков лет, все, что исподволь отравляло и разъедало разум. И надеяться, что после - станет легче.
Артур шагнул вперед - к ней, к Мэрэдит Джесси, - отодвигая брата себе за спину, автоматически защищая, закрывая от своего же концентрированного негатива, сверкая разъяренным пылающим взглядом.
-Ваше сиятельство?! - голос сочился ядовитой злостью. - Мы бы не взяли у вас ни монеты, даже если бы вы умоляли нас об этом... дорогая мать.
Его голос дрожал от с трудом сдерживаемого гнева, пальцы сжимались и разжимались, а рука подрагивала, будто желая нырнуть за спину и вынуть верный лук.
-Скажу честно, до этого момента я хотел взглянуть вам в глаза, - голос упал до шипения, когда Артур подошел достаточно близко к матери, чтобы можно было говорить негромко. - Я, видимо, не мог поверить по-настоящему, в то, какой ядовитой является ваша суть, - он смотрел прямо ей в глаза, прищурившись, но не видел ничего - взгляд ему гневом по-прежнему застилала рыжина ее волос. - Но теперь я крайне жалею, что мы встретились... матушка, - он почти скалился. - Дом? Не задерживаться? - он рассмеялся, тихо, ненавидяще. - Можете не переживать, Ваше Сиятельство, мы с этой отравленной земли исчезнем тут же, как появится такая возможность. И ноги моей здесь больше не будет.
И он сплюнул себе под ноги, пачкая слюной еретика священный пол храма другой веры, ощущая при этом лишь одно - желание разнести здесь все по кирпичикам.

+2

8

Когда Альберт ринулся через весь храм к женщине что, предположительно, должна была оказаться их матерью, он никак не ожидал того, что произойдет после. Злость, что копилась годами, сначала уступила место смятению, а затем и вовсе растерянностью. Но всё по порядку.
Женщина, что и впрямь оказалась той, кого ожидали увидеть близнецы, не растерялась. Это сбивало с толку. Альберт не мог представить ни одного варианта развития событий, при котором Мэрэдит вела бы себя так... спокойно? По крайней мере видимо это было именно так. Он ожидал шока, неверия, злости, даже обвинений, но никак не вот этого вот всего. На положительные эмоции, впрочем, лучник не рассчитывал. Но даже они не повергли бы его в такую степень неверия, чем этот спокойный тон матери.
А слова? М, что за слова подобрала женщина, что бы остановить двух парней! Со всем красноречием и умением держать  себя в руках, даже Берти не смог взять себя в руки. От услышанного он, сбившись с ровного шага, сначала замедлился, а потом и вовсе встал как вкопанный, во все глаза смотря на Мэрэдит. Она что, серьезно? Было такое ощущение, будто женщина не только знала о судьбе своих близнецов, но и с точностью до минуты ведала, когда наступит их "воссоединение". Но не могли ведь шпионы работать на столько хорошо! Тем более сейчас, когда братья были доверенными лицами короля совершенно другого королевства!
А потом Альберта удивил его же собственный брат. Кажется, младший никогда не видел Артура в таком состоянии. Всякое бывало. Но что бы вот так... Альберт даже рта не успел открыть, как в перепалку вступил старший лучник. Или правильнее будет сказать, затеял? Берти прекрасно понимал, что двигало Артуром. Он и сам, не будь реакция матери такой на их появление, орал бы громче соборного колокола, лишь бы вывести эту женщину хоть на какие-то эмоции. Но... кажется брата пробрало значительно сильнее.
И так, в итоге, мизансцена заключила в себе одного из близнецов, что остановился посреди храма, второго близнеца, что сейчас орал как резаный, одну графиню, что явно не желала во всем этом участвовать, и одного священника, что сейчас изо всех сил старался сделать ноги. Это было... комично. Альберт даже чуть не рассмеялся, когда представил все это со стороны. Однако, сдержался. Ещё больше доводить старшего брата не хотелось. Ведь потом ему, Альберту, таскать того по лекарям да знахарям и лечить его нервно дергающийся глаз. Но оставлять все вот в таком виде тоже было чревато.
- А так же руки, головы и остальных частей тела. Да, брат, маменька все и так прекрасно поняла. Не правда ли? - Наконец-то отмер Берти, сделав над собой усилие и дойдя таки до брата и матери.
- Но реальность такова, что как только Наш, - на этом слове Альберт сделал ударение, пристально смотря в лицо женщины, - король прикажет, мы вновь появимся в этих краях... Или не появимся! Тут уж как будет угодно его Величеству. Но "радости" от внезапной встречи это, разумеется, не убавляет.
Лучник заложил руки за спину, сцепив их в замок, и, делая вид что просто прохаживается по церкви, рассматривая её внутреннее убранство с большим интересом, выступил перед братом, теперь загораживая его и оберегая. Потому что, ну а мало ли!
- А неплохо, неплохо, - покачал он головой.
- Вижу дела-то у Вас, матушка, идут как нельзя хорошо.
Называть мать "Сиятельством" Альберт не собирался. Ну хотя бы потому, что вот для них с братом она, как-то, не сияла уже так с добрых два десятка лет. Да и положение лучников вполне позволяло немножко плевать на этикеты придворных дворов с верхушки высокой сосны. Номинально близнецы легко могли заиметь себе титулы. Стоило лишь попросить об этом Бьорна. Вот только бумажки им эти и даром нужны не были. Да и уважали, а кто-то и боялся, их совсем не как графьев или лордов, а как теней короля севера. А тени, они ведь такие, им все равно в кого стрелу пускать: в простолюдина или в наследного принца.
- Лестно видеть, что Вы сумели подняться, не растеряв, а приумножив наследство нашего отца. Пускай даже это и стоило жизней. Но ведь, что такое пара душ по сравнению с этим, не так ли?
Сюрреалистичность происходящего заключалась даже не в том, что сейчас в церкви единого бога было двое язычников, ни в том, что перед ним была их мать, что бросила их во младенчестве, а в том, что Альберт совершенно перестал испытывать к ней злость или ярость.

+2

9

Для Мэрэдит было одно удовольствие наблюдать за происходящей сценой. Крики и оскорбления одного из близнецов она переносила стойко, не шелохнувшись, потому что знала, что ни один из них её не тронет. Женщина хотела видеть ненависть в их глазах, но видела лишь страх и замешательство – как так получилось, что они росли без живой матери? Графиня гордилась ими обоими всегда, даже не зная ничего о них. Она специально не искала их, чтобы отречься мысленно от них, но до конца этого никогда не удавалось. И вот сейчас они стоят друг напротив друга, полные эмоций, с одной стороны молодые юноши искренне освобождают чувства наружу, и с другой их мать, непроницаемую и холодную снаружи, но кто бы знал, что творится у неё внутри на самом деле. В ней проснулась та искорка далекой и забытой любви, которую она не дала этим детям. Мэрэдит никогда не хотела вернуть близнецов в свой дом по мыслимым и немыслимым причинам, однако ей часто снилось, какими они могли стать. И самое приятное –они недалеко ушли от этих образов. Ей неожиданно захотелось их обнять и зацеловать, обещать никогда не оставлять одних и решить за них все проблемы, но она не могла, решительно не могла пойти против своей гордости и высокомерия. В момент борьбы двух её сущностей Джесси неожиданно почувствовала себя наблюдателем со стороны, который видит то, как один брат брызжет слюной, отвечая на издевки графини, как второй пытается защитить первого от самого себя, как находящийся в замешательстве священник прячется испуганно и как молчит сама графиня-мать, которая стоит истуканом с легкой насмешливой улыбкой на губах и скрещенными на груди руками. 
Ей они нравились. Нравилось в них то, как один из них не знает её влияния и власти, поэтому имеет наглость повышать на неё голос, как другой ценой всей его жизни пытается защитить другого. У них не было её, но они были друг у друга. И ей казалось, что один ребенок бы никогда не смог выжить в таких условиях,  в которых побывали они. Джесси верила в связь близнецов, как учил её когда-то отец, говоря о своей матери. Они не смогут прожить друг без друга.
- Артур, правильно? – улыбнулась она, показывая на кричащего парня. – Я поняла, что это ты, потому что ты тоже часто плакал в колыбельной. А ты, Альберт, всегда кричал, когда твоего брата уносили из другой комнаты. Вы друг с другом связаны невидимыми узами. Я рада, что вы их сохранили.
Она сказала все это, сама не ожидая от себя. Как она могла помнить то, что было двадцать с лишним лет назад и почему эти воспоминания появились именно сейчас? Мэрэдит никогда их не забывала, помнила первый их вздох и плач, помнила, как не могла уснуть из-за них и баюкала каждого по очереди. Если она их так любила, то почему позволила их забрать? У неё не было ответа. Уговорил ли её Вольф, помешали ли обстоятельства, но Мэрри четко осознавала, что вина полностью лежит на ней, а не на ком-то другом. Ей стало стыдно, впервые за сколько времени, еще с тех пор, как отец её бил прилюдно. Она не хотела показывать слабость близнецам, поэтому поспешно вышла из церкви, заставляя себя не оборачиваться и не останавливаться.
- Боюсь, мне надо идти! – пролепетала лишь женщина, обходя близнецов и открывая массивную дверь.
Впервые она боялась саму себя и то, какие чувства взбудоражила эта встреча.

+2


Вы здесь » Fire and Blood » Настоящее » [01.03.3300] Отреченные