Добро пожаловать в Фир Болг! Волшебный мир драконов, принцесс, рыцарей и магии открывает свои двери. Вас ждут коварство и интриги, кровавые сражения, черное колдовство и захватывающие приключения. Поспеши занять свое место в империи.

Fire and Blood

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Fire and Blood » Настоящее » [20.03.3300] по краю


[20.03.3300] по краю

Сообщений 1 страница 3 из 3

1

по краю
После страшной тьмы, камышей, вековых болот мне достались ключи от всех городских ворот, от казны и храмов, от горниц и сундуков, тяжелее всего держаться, когда легко. Мои битвы закончились - мир да покой кругом, урожай, достаток, патока, молоко, дети рождаются, возводятся терема - сохранить их всех, уберечь, не сойти с ума. Я иду по городу - петь да встречать зарю, помню, кто я такая, ведаю, что творю, знаю все закоулки сердца, дворы души. Мои битвы закончились, выживший - не спешит.

♦  ♦  ♦  ♦  ♦  ♦  ♦  ♦  ♦  ♦  ♦  ♦  ♦  ♦  ♦  ♦  ♦  ♦  ♦  ♦  ♦  ♦

20.03.3300 ❖ Лес у Хедебю ❖ Сумарлит, Асвейг
https://i109.fastpic.ru/big/2019/0514/7a/_89cc441a76c28ed50f930bba9e3ba67a.gif?noht=1 https://i109.fastpic.ru/big/2019/0514/ba/fa08366f5a1f368004ebad10a38664ba.gif

О некоторых встречах, которые кажутся случайными, но таковыми не являются.

+1

2

Черный след на белом снегу, два противоположных оттенка и в принципе две противоположности если учесть что след оставлен черным пламенем. Весеннее утро, которое ничем не отличается от зимнего. Только хорошая память говорила о том, что солнце грело лучше, нежели зимой. Пение птиц, чей дом - лес по правую руку, и урчание дракона, нарушающие тишину, были мелодичный в его понимании. Это разнились с гоготом тысячи голосов в замке, где их делегации выделили покои. Уж лучше среди драконов, чем там, рядом с людьми. Он конечно обожает внуков, и вообще прибыл почти со всей семьёй, но вытерпеть стольких незнакомцев, проживающих рядом, не мог. И даже холод его не остановил, тот самый жуткий холод, который он ненавидел всей душой. Бергтор, укутавшись в теплую волчью шубу, лежал на спине своего дракона и мечтательно смотрел в небо. Ящер с небольшим промежутком во времени испускал огненное дыхание рядом с собой, тем самым обогревая хозяина.
Небо было чистым, без малейшего облака, и отметив всю красоту окрестностей, граф вздохнул с досадой. Он очень хотел, чтобы в этот момент рядом с ним была Фрейя, но увы, Боги решили порушить все планы мужчины. Вытащив из кармана маленькое колечко, он с грустью стал рассматривать жутко сверкающий на солнце драгоценный камень. Взглянув на плод стараний Кая, невозможно было сказать что эта драгоценность была скромной. Но скромности и не требовалось. Оно было сделано по просьбе Сумара, он хотел попросить руки маленького командора здесь, на севере. Но она не полетела с ними. Как дурак, рассчитывал на своего рода отдых, бурлящие эмоции, которые уже не пришлось бы скрывать. Действительно дурак, причем ещё и старый, которому желательно бы уже в облаках не летать а жить в реальном мире, где эти облака почти всегда обжигают лицо. И чем выше летаешь, тем сильнее хлещет по морде. Он размышлял над тем, знак ли это свыше. Велика ли вероятность того, что боги показывают, мол путь который он избрал, не его. Что зря он поверил в собственные права, когда одной ногой уже в Вальхалле. Эти мысли его расстраивали, но он не мог их выкинуть из головы.
Голос издалека вернул брюнета с небес на землю. Привстав в полу-сидячее положение, он обернулся к стоящей вдали женщине. Прислуга Асвейг Вельсунг, которая была знакома с графом со времён войны в этих землях. Он просил ее в день прилёта о возможности встречи с семьей покойного друга, и уточнил что больше всего хотел бы повидать будущую королеву. Можно было бы и не прибегать к тайности, но Бергтор не хотел официального приема, который обычно включает в себя кучу лишних глаз и ушей. Его действительно интересовала судьба этих девочек, девушек и женщин. Досадно что не сумел почти ничем помочь, это была не его война. Он отправил в помощь своих лучших ищеек, так как это не сулило политического конфликта, однако, разве этого достаточно. По итогам видно, что нет. Но свадьба и предстоящий возможный договор с узурпатором мог дать возможность защитить хотя бы остатки семьи хорошего знакомого. Мар почти никогда не вставал по "доброте душевной" на чью то защиту. Никогда не опекал и вообще не отягощал голову переживаниями за кого-то, кроме родных. Ведь у каждого дома свой сторож. Однако в этом случае защитники вырезаны под корень. Женщины остались без мужского плеча и спины, которые закрывали бы их от вражеских атак. Их мужчины были достойными воинами, он это знал. Жалость ли? Чувство долга? Сумарлит не знает ничего, лишь чувствует и делает то, что считает правильным.
Женщина не решилась подходить близко к дракону, и издалека сообщила всаднику о том, где он может встретить невесту. Она преодолела большое расстояние и страх, прискакав к нему с новостью аж на драконье пристанище, и он щедро отблагодарил ее, после чего черная туча взмыла в небо. По данным ориентирам, брюнет долетел до леса, и когда драконье зрение нашло в его гуще девушку, Витарр громогласно взревел. Всадник же поняв что Золотой пепел нашел кого-то, отдал приказ снижаться. Да, снижаться прямо в лесу. Пусть его друг и уступал Валериону в размерах, но он все равно был огромен. Что такое деревья, для взрослого дракона? Всего лишь возможные занозы, ведь он подобное проделывал не впервые. Мар видел что девушка направлялась к городу, и отмерив на глаз, безопасное расстояние, стал сажать зверя у нее на пути. Хруст ломающихся стволов деревьев разнесся по лесу, заставив местных жителей разбежаться а птиц взлететь с истерическим криком. Витарр мощным ударом хвоста свалил ещё несколько деревьев вокруг, после приземления, создав весьма уютную полянку посреди леса. Только после этого, Бергтор соскользнул с друга, представ пред девушкой.
- Доброго утра, Ваше Величество. Искренне прошу прощения за нарушение одиночества без позволения и за все отрицательные эмоции, если вы испытали подобные сейчас.  Но если вы остались той воинственной девочкой что в детстве, то вряд-ли испугались подобного. - улыбнулся.
Он был необычайно просто. Без наигранного образа, подчинительной тона или сожаления как внешне так и в своей речи. Тот самый настоящий Сумар, которого он раскрывает, не желая запугивать, соблазнять или располагать к себе.
- Вы же знаете что Ваш отец был мне хорошим другом, и я надеюсь использовать это как оправдание моего интереса к вашей судьбе и судьбе ваших родных. Понимаю что столь внезапное и не совсем адекватное появление может оскорбить, но уверяю что желание остаться наедине без надзорщиков, вызвано исключительно благими побуждениями. - да, он оправдывается, не хотелось бы вляпаться в дерьма на пороге.

+1

3

Гости прибывали и прибывали. Их было так много, что Асвейг была готова поклясться: у нее начинает рябить в глазах, а из-за улыбки на лице уже болят скулы. Она была предельно вежлива и приветлива со всеми. Даже с теми, кто был заклятым врагом ее семье, ее дому, а быть может, и всему Эргерунду. О, принцесса выросла в тени своего отца. Она знала, как продажны и лживы были многие из тех, кто кланялся теперь новому королю и клялся в вечной верности. Эти люди не знали верность. А верность была, быть может, единственным, в чем теперь нуждалось их королевство.
Сама Асвейг нуждалась в терпении, которого ей не доставало. Совсем скоро ей предстояло стать женой узурпатора и разделить с ним престол, постель и всю свою жизнь, потому что после заключения союза перед ликами Богов, пути назад у них уже не будет. Осознавал ли это Ранбьорн? Асвейг осознавала. И от одной мысли об этом у нее кровь стыла в жилах и перехватывало дыхание. Она не могла обсуждать этого ни с кем, но чем ближе становился заветный день, тем сильнее ее накрывал ужас. И справиться с этим ужасом не помогала ни мать, ни сестры, ни снующие из стороны в сторону слуги, которые то и дело отвлекали Асвейг вопросами о том, как рассадить гостей, когда начнется церемония и чем украсить главный стол. Для принцессы все это не имело никакого значения и она легко передала все полномочия распоряжаться торжеством матери и младшей сестре, Асхильд. Сама же она нуждалась в тишине, спокойствии и молитвах, что должны были прояснить разум и дать справиться с то и дело тревожащими вопросами, которым не было конца.
Разве не становится она предательницей, выходя замуж за узурпатора? Разве Ранбьорн не заслуживал смерти, как и вся его семья? Разве можно было доверять его слову? Разве будет она в безопасности рядом с тем, кто лишил ее большей части семьи? Разве может быть будущее Эргерунда связано с этим человеком? Разве может она сесть на трон, пока ее малолетний брат жив? Разве справедливо это перед лицом Богов, пирующих в Вальгалле предков и крови, что текла по жилам самой Асвейг и ее сестер? О, мать не могла понять их. Она защищала Вельсунгов точно волчица, но она не была Вёльсунгом. И хотя кровь Эдлингов была еще более лютой, чем эта, принцесса готова была поклясться, что Ранхильд никогда до конца не сможет понять свою дочь, которую так легко сажает на трон рядом с узурпатором, веря в то, что в нужный момент Асхильд воткнет нож ему в глотку. Могла ли она? Ради мести, ради брата, ради Вёльсунгов? Раньше принцесса была готова была утверждать, что могла. Потому что ей достало бы мужества даже на то, чтобы броситься вниз из самой высокой башни во всем Хедебю. Но теперь… Да, теперь она не знала, на что ей вообще достанет мужества, потому что казалось, что оно покинуло ее в тот час, когда Асвейг согласилась стать женой узурпатора, женой ублюдка, который был повинен в смерти ее семьи, но вместе с тем человека, который… Просто человека. Ведь она всегда видела в нем чудовище, даже еще не будучи знакомой. Их учили ненавидеть Ловдунгов. И они отлично с этим справлялись. И тогда все было таким простым и понятным. А теперь? Теперь у Асвейг было больше вопросов, чем ответов. А ответы могли дать ей одни лишь Боги и никто больше.
Но Боги молчали. Принцессе казалось, что они оставили ее саму и все ее семью в час решающей битвы и больше не возвращались. Так ли это было на самом деле? Ранхильд говорила, что нет. Что их Боги их испытывают, но что они никогда их не оставят. Если бы Асвейг обладала такой же уверенностью, возможно, ее бы тоже не покинул Всеотец. Но лик его в Главном Храме молчал, молчал и комнатный алтарь принцессы. А потому, за день до свадьбы она отправилась в единственное место, где ответы находились всегда: на древнее капище в лесу, где некогда тоже стоял храм, а теперь остались только древние плиты, знаки и деревья. Но принцесса хорошо знала, что там ей ответят если не Боги, то по крайней мере, лесные духи. А этого уже было не мало для той, в чьих жилах текла могущественная магия. Быть может, не столь могущественная, как та, которой обладала мать, но вполне ощутимая для девушки, которая не требовала от своих колдовских способностей слишком уж многого.
Она провела на капище больше времени, чем ожидала. Асвейг слишком многое нужно было рассказать и еще больше – попытаться услышать. Как бы там ни было, но закутавшись в меховой плащ, девушка уверенно шла по королевскому тракту, направляясь к городу. Она знала, что здесь ей нечего бояться, потому что патрули в этой местности в ожидании гостей проходили едва ли не каждую четверть часа, а еще… Еще потому что той, что обращалась к Богам и была услышана, не пристало бояться лесных разбойников, или чьей-либо иной злой воли. Хотя, быть похищенной за день до свадьбы, это было бы почти иронично. Но не так иронично, как гигантская ящерица, что вздумала приземлиться в непосредственной близости.
Сначала Асвейг попросту не поверила своим глазам. Затем остановилась. А затем глаза ее расширились до невероятных размеров. Что это, Боги помилуйте, было?!
Конечно, принцесса была хорошо осведомлена, что в Эргерунд прибыли представители Драконьего острова. Ей, однако, казалось, что драконов им было велено оставить далеко за пределами города, потому что здесь было слишком много мирных жителей и важных гостей. Ящерица, мирно жующая императора была некстати им всем. Особенно с учетом того, что Ранбьорн планировал заключить немало важных дипломатических союзов. Так что здесь делал дракон?!
Выглядел он ужасающе. Асвейг успела испугаться. Нет. Она успела ощутить всепоглощающий ужас, столь глубокий и столь явственный, что ничто не могло бы сравниться с ним. Быть сожранной драконом – тоже так себе перспектива и потому, пара мгновений ушла у девушки на то, чтобы решить, что ей делать дальше. Бежать, кричать, звать на помощь, смириться с судьбой?
По счастью, еще прежде чем Вельсунг успела принять решение, с дракона спешился всадник, а это значило, что он был здесь неслучайно. Неужто в замке обнаружили пропажу принцессы и повелели ее найти таким неординарным способом?
Но чем дольше мужчина говорит, тем яснее девушка понимает, что ничего она не понимает вовсе. Что здесь происходило? Кто этот мужчина? О чем он говорит и что именно здесь происходит? Асвейг даже обернулась, силясь понять, не во сне ли она? Не в другой ли реальности?
- Д-доброго утра, - тихо начала принцесса, настороженно глядя на мужчину, - Высочество. Я еще не вышла замуж. И меня еще не короновали. Ее Высочество, принцесса Асвейг Вёльсунг. А вы? – мужчине, мнится, казалось, что она должна была быть с ним знакомой. Но она, определенно, не была. Среди гостей она обнаружила немало знакомых лиц, но только не это. Да и откуда бы ей знать драконьего всадника? Что за вздор?
- Боюсь, что Вы ошиблись, предположив, что я знаю, кто Вы такой. Прошу простить. Быть может, я была слишком мала, чтобы запомнить? Но я всегда… Всегда открыта новым знакомствам. И рада помочь, если смогу. Так кто Вы и чего хотите?

+1


Вы здесь » Fire and Blood » Настоящее » [20.03.3300] по краю